«Добрый доктор Айболит,
Он под деревом сидит,
Приходи к нему лечиться
И корова, и волчица,
И жучок, и червячок, и медведица.
Всех излечит, исцелит
Добрый доктор Айболит» -

Эти стихи Корнея Чуковского всем известны с детства. И если с «человеческими» врачами каждый из нас сталкивается постоянно, то к тем, кто лечит животных, мы обращаемся лишь в том случае, когда что-то случается с домашним любимцем. Надеемся на чудо – ведь добрый доктор Айболит точно знает, что беспокоит Мурзика или Шарика, который не может сказать словами о своей проблеме. И как благодарны хозяева домашних животных, когда их любимцам после манипуляций ветеринара становится гораздо лучше.

Так кто же он – добрый доктор Айболит? В Катайском районе он известен многим. Это Федор Федорович Шмыгановский, главный врач станции по борьбе с болезнями животных.

- Федор Федорович, думаю, что для того, чтобы лечить животных, нужно не только призвание…

- В моем случае, это, скорее всего, пример родителей. У меня в родне практически все были ветеринарами. Отец – Федор Игнатьевич, мама – Валентина Степановна. Она родом из Кировской области. Ее отец погиб во время первой мировой войны. Остались вдвоем с моей бабушкой, которая так больше и не вышла замуж. Представляете, они вдвоем, чтобы не погибнуть с голоду в то страшное время, выращивали по двадцать соток картошки. Тем и жили. Вообще, у нас крепкий род. К примеру, мой прадед дожил до 105 лет. Причем, погиб трагически – его придавило лесиной, когда он валил лес.

В свое время мама перебралась в Челябинскую область, в г. Троицк, где и поступила в Троицкий ветеринарный институт. Там же познакомилась с моим отцом, фронтовиком. У мамы уже был сын от первого брака, с отцом они родили еще двоих детей – меня и сестру Аду.

- А в Катайский район, так понимаю, родители попали по распределению?

- Совершенно верно. Только вначале они трудились в с. Батурино Шадринского района. А затем, в 1957 году, чету Шмыгановских пригласили преподавать в профтехучилище г. Катайска, где они трудились до пенсии. Помните, тогда в ГПТУ № 30 действовало ветеринарное отделение. Кстати, оно было весьма популярным, в скота, требовались зоотехники и ветспециалисты, которых и поставляло ГПТУ.

- Вы тоже его закончили?

- Нет, после окончания 10 классов я подался в Москву. Без труда поступил в Московскую ветеринарную академию. Так как в то время существовало распределение, меня отправили в Крым, куда я поехал вместе с первой женой Надеждой Григорьевной.

Устроился на работу в колхоз «Украина». Крепкое, надо сказать, в советские годы было хозяйство. Работал ветврачом, родились сыновья. Они живут в Крыму, который, к счастью, сейчас принадлежит России. Старший также закончил ветфак, но трудится в Керчи начальником таможни, младший – в Феодосии, программист. У меня два внука: Денису 10 лет и Сергею – 5.

- А в Катайск как попали?

- Так получилось, что в 90-е годы, после распада Советского Союза, вернулся в Россию. Приехал к родителям, которые к тому времени вышли на пенсию. Стал работать по специальности, в ветстанции. Вначале был заместителем главного ветврача, вот уже 16 лет возглавляю коллектив.

- Не все понимают, в чем заключается суть работы станции по борьбе с болезнями животных. Думают, что вы в основном лечите кошек и собачек.

- Основная наша задача – обеспечение эпизоотического благополучия в районе. Для этого создан и действует противоэпизоотический отряд в составе 2 ветврачей и 3 ветфельдшеров. На станции постоянно трудятся 5 врачей и 3 ветфельдшера. Им нужно вовремя провести профилактические мероприятия инфекционных заболеваний животных, вакцинацию. Ну и, конечно, лечим домашних питомцев.

- В последнее время постоянно слышно о вспышках то африканской чумы свиней, то о птичьем или свином гриппе. А как у нас обстоят дела с этими страшными заболеваниями?

- Мы держим руку на пульсе. В районе ситуация вполне благополучная. Но если, не дай Бог, подобное произойдет, то придется уничтожать все поголовье птиц и свиней.

- Город атакуют бродячие псы. Есть случаи нападения на людей. Если дикое животное напало на человека, есть риск заражения бешенством?

- В основном вирус бешенства переносят лисы и енотовидные собаки. В любом случае, если в ваш двор забрела дикая лиса, это крайне нетипично для нее. Дикие животные боятся человека. К примеру, в деревне Чусовой несколько лет назад произошел такой случай: молодой человек, родом из Каменска-Уральского, поймал во дворе своего дома лисицу. Никому не сказав ни слова, убил ее, выделал шкуру и уехал к себе домой. Позже оказалось, что животное болело бешенством. Мужчину спасти не удалось. Ведь бешенство, если вовремя не проставить прививки, всегда дает смертельный исход.

- Пару лет назад наша газета писала о том, что к вам в ветстанцию принесли подбитого сокола. Что с ним стало?

- Вылечили и отпустили на волю. А вообще, к нам обращаются с более прозаичными вещами: поставить прививки домашним питомцам, сделать кастрацию, лечим подбитые лапы, обрезаем когти собакам, в общем, настоящие Айболиты.

- Много ли среди молодежи тех, кто хочет стать ветеринарами?

- К сожалению, нет. У нас настоящий кадровый голод. К тому же и зарплата ветспециалистов не такая высокая, как хотелось быть. Посылаем фельдшеров на учебу. Сейчас у нас три девочки заочно осваивают профессию ветврачей. Когда-то в районе было 12 тысяч поголовья крупного рогатого скота, 8 тысяч – свиней, а сегодня? Крупных сельхозхозяйств почти не осталось.

- Наверное, животных лечить гораздо труднее, чем людей. Ведь они не могут сказать, что у них болит?

- Да, приходится опираться только на клинические признаки, поведение животных и лабораторные исследования. Но раз человек решил стать ветврачом, значит, он обязан не просто любить наших братьев меньших, но и заботиться о них.

- На комиссии по ЧС в администрации района не раз поднимался вопрос о так называемых ямах Беккера, попросту скотомогильниках. Ведь в случае эпидемии (тьфу-тьфу-тьфу) нам и утилизировать трупы будет негде.

- Совершенно верно, оборудованный скотомогильник у нас только один – в Ушаковском сельсовете. Погибших животных утилизируют как Бог на душу положит: хоронят чуть ли не на людском кладбище или выбрасывают на помойки. За ветстанцией существует целое кладбище животных, где люди хоронят своих любимцев. А цена ямы Беккера, отвечающей всем стандартам, – многие тысячи рублей, что для нашего скромного бюджета неподъемно.

- Как-то на пессимистической ноте не хочется заканчивать беседу. В чем же заключается Ваш оптимизм?

- К счастью, эпизоотическая обстановка в районе достаточно благополучная. Все это – благодаря самоотверженности людей, работающих в ветстанции. Люди при самом неблагоприятном исходе будут готовы работать сутками, чтобы не допустить эпидемии. Ведь они тоже врачи, хотя и лечат животных.

Людмила ЗЫРЯНОВА.

Поделитесь информацией с друзьями

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить