Дорогой читатель, вашему вниманию представляется новая рубрика - «Точка на карте», в которой мы будем публиковать материалы о жизни сельских Советов, о тружениках и истории малой родины, о перспективах развития и проблемах муниципалитетов. Первая точка на карте - село Верхнеключевское.

Нет ни одной семьи, которой бы не коснулись горе и тяготы Великой Отечественной войны. Мужчины ушли на фронт, женщины взвалили на себя их тяжелый труд, дети повзрослели раньше времени. Село Верхние Ключи – не исключение. Сейчас мало осталось живых свидетелей тех времен, однако те, кто еще живы, продолжают хранить и передавать потомкам память и подавать пример стойкости.

Михаил Максимович Черноскутов – один из них. В свои 85 лет он активно занимается спортом и представляет интересы пенсионеров в совете ветеранов. Михаил Максимович признается, что не может сидеть дома, ничего не делая. Каждую зиму он ежедневно совершает лыжные прогулки от своего дома до деревни Булыгиной и обратно, а летом ходит в лес по ягоды и грибы. Когда выйти на прогулку по каким-то причинам не получается, пенсионер плетет корзины для себя и своей большой семьи, делает метлы или занимается хозяйством. Александра Федоровна, жена Михаила Максимовича, всю жизнь проработала на хлебном заводе – сначала пекла хлеб («стряпала», - улыбается М. М. Черноскутов), потом, до выхода на пенсию, экспедитором - хлеб развозила. Сам пенсионер с раннего детства трудился в поле.

- Я в школу пошел в 1939 году, а в 42-м уже окончил. Тогда мало учились, уже в середине мая всех школьников отправляли работать в совхоз. Меня бригадир поставил сначала пасти жеребят, а потом мы все вместе переходили на покос. Копны возили на лошадях, жили там же, в поле. С едой было плохо, но хоть понемногу, а хлеба нам давали. Взрослым было положено по 500 граммов, нам – детям - по 200. Когда мне и другу Ивану исполнилось по 12 лет, нас отправили косить траву литовками и пообещали хлеба больше давать, если хорошо работать будем, – вспоминает пенсионер.

В 1947 году в Верхних Ключах открылись курсы механизаторов. При МТС Михаил Максимович и его сверстники начали осваивать новое для себя дело. В январе 49-го года Михаил Черноскутов получил первый трактор – СХТЗ, на котором отработал три года, после чего пересел на ДТ 54.

- Первые послевоенные годы были тяжелыми. Питание плохое – похлебку варили, а хлеба-то не было, траву ели. Когда боронили картофельное поле в 5 км от деревни, там иногда попадалась оставшаяся с осени картошка. За зиму она перемерзала, а весной распадалась в крахмал, ее подбирали и ели.

Работали в две смены: с 6 утра до 6 вечера, потом менялись. Распахивали залежные земли, которые забросили во время войны. Утром 12 км до работы пешком, вечером обратно. Как-то раз с напарником Колей Ивлевым шли утром со смены и не дошли до деревни всего километра 3 или 4, решили сесть отдохнуть и уснули. Когда проснулись, солнце уже пошло на закат.

У гусеничных тракторов имелись кабины, а у колесных - нет, приходилось по 12 часов сидеть на железном сидении под открытым небом. Ночью еще сложнее, потому что фар у них тоже не было. Когда я работал прицепщиком-плугарем, у нас осталось 20 га незасеянных. Приехал к нам представитель правоохранительных органов из Катайска и предупредил бригадира, что если мы не посеем до следующего дня, то его посадят. Бригадир сходил домой и принес керосиновый фонарь «Летучая мышь». Я стоял на сеялке, а он шел следом с фонарем, показывая трактористу, где прошло колесо. Когда он уставал, мы менялись – он на сеялку вставал, я светил. К утру мы эти 20 га засеяли.

В 1953 году Михаил уехал учиться на комбайнера, однако после окончания обучения свободной машины не нашлось. Его назначили штурвальным (помощником комбайнера), позже передали картофелеуборочный комбайн, который прислали из Ставропольского края. Работать приходилось не только на своих полях, иногда отправляли на уборку в Далматовский район.

- В 1959 году мы не успели убрать весь урожай, он ушел под снег. Тогда весной 60-го года меня послали в Чернушку доубирать и молотить все, что осталось. Когда отмолотился и приехал домой, меня отправили в деревню Денькову помощником бригадира.

Я всегда работал только на тяжелых тракторах, к легким тяги не было. При этом в хвосте никогда не был, всегда среди передовых. Когда стало тяжело управлять трактором, Александр Вяткин перевел меня в техобслуживание мастером-наладчиком. Оттуда в 90-м году вышел на пенсию, но еще два года работал на техобслуживании и сортировке зерна, – рассказал Михаил Максимович.

Отец, Максим Григорьевич, всю жизнь проработал механизатором. Работы в поле было много, а жителей в селе осталось мало, в основном женщины. Максим Черноскутов учил их работать на комбайнах и тракторах, это было сложно и опасно. Технику заводили с рукоятки и иногда отдачей руки ломало. В 1942 году его призвали в армию и увезли в Челябинск учиться на танкиста, однако комиссия признала его негодным к службе и он вернулся домой. Вместо отца на фронт ушел старший сын. Вскоре пришло письмо, что 25 апреля в госпитале Львова он скончался от тяжелых ран, которые получил при форсировании реки Одер.

Сын Михаила Максимовича Саша пошел по стопам отца и деда. С 13 лет помогал отцу в поле, до армии работал штурвальным, а сейчас трудится в пожарной части. Михаил Максимович считает себя богатым и счастливым, ведь у него большая и дружная семья - семь внуков и восемь правнуков, которые часто приезжают к нему в гости.

Алена Анашкина

НА СНИМКЕ: М. М. и А. Ф. Черноскутовы.

Поделитесь информацией с друзьями

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить